Дели
20 декабря 1972 г.
Я покинул окрестности Бомбея. После Ганешпури я планировал отправиться на юг, в Бангалор, чтобы навестить своего друга, Шри Н. Кешаву, и увидеть известного святого, Шри Сатья Саи Бабу, а затем в Мангалор, чтобы провести Рождество в известном ашраме Анандашрам, основанном Свами Рамдасом. Но мне пришлось изменить планы, так как самая важная задача, стоящая передо мной в Индии, — это уладить визовый вопрос. Папа Триведи настоятельно посоветовал мне отправиться прямо в Нью-Дели, где член парламента, к которому Свами Муктананда обратился за помощью, будет только до Рождества. Здесь я встречусь с ним и надеюсь вскоре уладить этот вопрос, чтобы я мог отправиться навестить свою самую любимую святую, Ма Анандамайи, в Канпуре, где она будет находиться с 23 декабря по 8 января.
Пребывание в Ганешпури оказалось для меня полезным. Оно дало мне то, что мне было нужно. Конечно, оно было непростым; Мне говорили, что новичкам там всегда не просто. Громкоговоритель и барабан прямо за окном, особый стиль пения, математически точный ритм жизни в ашраме — и, да, фанатизм некоторых членов — стали для меня особенностями, к которым я так и не смог полностью привыкнуть. Но я встретил там и замечательных людей, и Баба, безусловно, любит меня. Я уехал оттуда с чувством огромной внутренней радости, возросшей внутренней глубины и ощущением постоянного присутствия Мастера. В целом, мое пребывание там оказалось для меня большим благословением.
Находясь в Бомбее, я позволил себе пару прихотей и сходил к астрологу, которого мне порекомендовали, и к пандиту Бхригу, утверждающему, что у него есть древние записи предсказаний, по которым он может предсказать будущее человека. (Во время моего первого визита в Индию я встретил двух или трех пандитов Бхригу, которые поразили меня своей точностью. На этот раз меня больше интересовал сбор данных для понимания этого странного явления, чем получение более подробной информации о себе.)
Астролог довольно точно описал моё прошлое. Он сказал, что после моего следующего дня рождения, 19 мая 1973 года, все препятствия будут устранены с моего пути, и некоторые печали наконец-то исчезнут, но всё это только после следующего мая.
Английский язык этого астролога был ужасен. Большую часть времени я едва мог разобрать, что он говорит. Но это было и очень забавно. Вот несколько отрывков из того, что он сказал; я приведу их почти дословно из сделанной мной записи, чтобы дать вам представление о неожиданных возможностях, скрытых в английском языке.
Астролог: «Последний двенадцатилетний цикл — сорок семь исполнится в мае 1973 года — все ваши амбиции, о чём вы думаете последние двенадцать лет, какие бы идеи у вас ни были, вы добьётесь успеха и воплотите их в жизнь, когда вам исполнится сорок семь. Почему? Сатурн ретрограден в вашем гороскопе; Сатурн — очень сильная планета, он экзальтирован. Кроме того, Раху [северный узел Луны] в первом доме — Раху — очень сильная планета в вашем гороскопе. Раху, и Мангал [Марс], Гуру [Юпитер]. Раху в первом доме, ограничивает в возрасте сорок два, сорок пять и сорок восемь лет. Ограничения Раху — вот в чем дело».
Я: «Что это значит?»
Астролог: «Сорок два, продолжай. Сорок пять, продолжай. Теперь сорок восемь…»
Я: «Что вы имеете в виду под «продолжай»?»
Астролог: «Продолжи. Закончи. Завершил этот возраст. Ты достиг сорока двух лет. Ты достиг сорока пяти лет…»
Я: «Что я завершил?»
Астролог: «Все завершено. Теперь, когда исполнится сорок семь лет, с мая 1973 года, ты войдешь в свет».
(Я наконец понял, что он имел в виду. Завесы, так сказать, препятствия Раху, поднимаются одна за другой на сорок втором, сорок пятом и сорок восьмом годах жизни. В своих собственных медитациях на эти темы год или два назад я обнаружил то, что, как мне кажется, является эзотерической связью между Раху и восходящим потоком энергии через нервный канал ида, как его называют йоги, в позвоночнике. Этот поток отражает восходящее, жизнеутверждающее качество человеческой природы; он также усиливает это качество. Аналогично, положение планет при рождении отражает и, в свою очередь, усиливает качества, которые мы уже развили в предыдущих жизнях. Препятствия Раху могут мешать усилиям по развитию целеустремленности; они могут усиливать любую предрасположенность к унынию или отсутствию мотивации; они могут мешать энтузиазму течь устойчивым потоком. Эти внутренние недостатки затем будут привлекать соответствующие неудачи и несчастья в объективную жизнь человека).
(Но благодаря сильной воле нет препятствий, субъективных или объективных, которые нельзя было бы преодолеть. Как говорил Мастер: «Не существует препятствий. Есть только возможности!»)
Астролог: «В течение последних двенадцати лет вы не могли устроиться на одном месте и добиться успеха. Сейчас наступает период вашего успеха. Но вы не добьетесь успеха нигде, ни в какой идее, ни в какой работе до сорока семи лет, то есть до мая 1973 года».
(Конечно, все, чего мне удалось достичь за этот период времени, было достигнуто с невероятными препятствиями. Интересно, что именно в следующем мае исполнится двенадцать лет с 14 мая 1961 года, когда я написал отчет о своей деятельности в Нью-Дели, который вызвал такой сильный гнев из Америки на мою голову и определил направление всей моей последующей деятельности.)
Астролог: «Никто не будет знать вас по лицу, но вас будут узнавать по вашему имени».
Я: «Я «Не понимаю».
Астролог: "Имя".
Я: «Что это значит, что "никто не будет знать по лицу"?»
Астролог: «Лицо».
Я: «Что вы имеете в виду? Я что, выгляжу глупо?»
Друг астролога: «Нет, понимаешь, он имеет в виду, что по твоей внешности никто не скажет, что ты умный человек…»
Астролог: (кивает, как бы соглашаясь) «Твое лицо. Имя будет известно, но никто не узнает твоего лица, потому что ты не будешь публичным. Ты уйдешь в подполье — самадхи».
Оказалось, он хотел сказать лишь то, что я не буду на виду у публики! Но это произойдет только в мае 1974 года, когда закончится мой сорок восьмой год.
Астролог: «В период с мая 1973 по 1974 год вы побываете в двух странах и местах. Вы уедете в другую страну, пробудете там некоторое время. Затем вы обоснуетесь».
Он объяснил, что его предсказания о путешествиях основаны на моих собственных внутренних планах или намерениях и, следовательно, представляют собой объективную вероятность.
Он был довольно точен в отношении прошлого, включая эти слова о моем детстве: «Еще с самого детства — будучи мальчиком семи, восьми, десяти лет, с того времени у тебя уже есть идея: я хочу в другой мир; мне не нравится оставаться в этом мире. Мир очень счастлив, а ты думаешь, что мир мне не подходит; мир хорош для других, а не для меня. Эта идея пришла тебе в голову с самого начала».
Интересный опыт. Когда я предложил ему заплатить за его время, он отказался, а затем предложил деньги мне. Когда я отказался, он дал мне флакон масла с ароматом жасмина и поблагодарил за то, что я уделил ему столько времени!
Благородство настолько глубоко укоренилось в индийском характере, что проявляется совершенно спонтанно. Однажды мой знакомый рассказал мне о своем визите в Джайпур, куда он приехал с рекомендательным письмом от своего друга, который едва знал эту семью. Семья предоставила ему свой дом и время в полное распоряжение на протяжении двух дней его визита. Муж даже взял отгул на работе, чтобы показать гостю все местные достопримечательности. Мой знакомый рассказал, что несколько дней спустя он совершенно вышел из себя, когда другой иностранец заметил ему: «О, с этими индийцами ничего не добьешься!»
«Сначала познакомься с ними, — ответил тот, — прежде чем судить. Скоро ты поймешь, что в своих поверхностных мнениях ты видишь только себя!»
Но мой опыт общения с пандитом Бхригу был менее впечатляющим. Во-первых, деньги, казалось, были его очевидной целью. Кроме того, меня почти позабавила наглость этого человека. Сначала он сказал, что будет читать только с одной страницы, и она будет относиться только ко мне и ни к кому другому. Затем, прямо передо мной, он открывал новую страницу для каждого предложения, которое, как он делал вид, зачитывал! Более того после того, как он закончил читать, как он сказал, весь имеющийся у него материал обо мне, он спросил, есть ли у меня какие-нибудь вопросы. Я послушно их задал. Затем он, снова упомянув «мою страницу», сделал вид, что зачитывает целый ряд внезапно материализовавшихся ответов!
Я также встретился с двумя или тремя издателями в Бомбее. Было бы здорово опубликовать свои книги в Индии.
Выйдя из самолета в аэропорту Нью-Дели, я вновь был поражен духовной атмосферой Северной Индии. Я ехал ночью в автобусе из аэропорта, в окружении туристов, не видя ничего за окном, и все же почувствовал отчетливую вибрацию радости и духовной свободы, подобной которой я не испытывал нигде на земле. Воистину, это священная земля. Люди, населяющие ее в течение этого короткого промежутка времени, — всего лишь паломники, проходящие по ней в определённом времени, как и я прохожу по ней в определенном пространстве. Индию можно в полной мере оценить только отдельно от ее временных декораций. Нужно мысленно отстраниться от шума и суеты, чтобы почувствовать безмолвное благословение бесчисленных мудрецов — благословение, которое все еще витает над землей как волнующий призыв к людям искать вечные ценности.
Я настолько восхищен божественной атмосферой Индии, особенно здесь, в Северной Индии, что почти не смотрю на людей, проходя по улицам. Индия трогает меня на вневременном, не националистическом уровне. Когда недавно меня спросили: «Как вам наша страна?», я ответил: «Ну, это и моя страна тоже!»
Я живу в доме моих старых друзей, доктора Т.Н. Бхана, его жены Рани и их приемного сына Инду. Много лет назад я обычно останавливался у них, когда приезжал в Дели. Это огромная радость — возобновить старые дружеские связи, и не только эти, но и другие. Перед отъездом мы планируем провести сатсанг и пригласить всех моих старых друзей. Но на этот раз я в Индии не для того, чтобы читать лекции, поэтому я не собираюсь поддаваться давлению и встречаться со многими людьми, пока не втянусь в череду публичных выступлений. Кто-то уже пытается уговорить меня появиться «хотя бы раз» на местном телеканале. Я отказался.
Поздно, но я снова пожелаю: Счастливого вам Рождества!