Глава десятая

Вернувшись в Нью-Дели осенью 1960 года, Свами Криянанда был полон энтузиазма начать проект создания нового ашрама и расширить работу Йогананды в Индии. К его разочарованию, почти сразу после начала этого предприятия он столкнулся с рядом, казалось бы, непреодолимых препятствий.

Он узнал, что построить что-либо новое в Нью-Дели практически невозможно. Он посетил г-на Ратти, министра финансов штата Дели, и объяснил свои потребности. Член городского совета ответил: «Это невозможно. Дели — город правительства. И приоритеты правительства в этом вопросе строго определены: в первую очередь школы, заводы, больницы, предприятия и жилые комплексы. Еще один ашрам? Страна и так ими переполнена!»

«А как насчет земли за пределами города?» — спросил Свамиджи.

«Вся земля вокруг города, — ответил г-н Ратти, — обозначена как «зеленая зона». Там запрещено любое строительство». Он выразился очень решительно.

Друзья отвезли Криянанду в Кутаб Минар, на окраине города. Там он узнал о деревне за горизонтом из бескрайней травы, деревне Гургаон: «Гуру Грам», где много веков назад жил Дроначарья, учитель боевых искусств из Махабхараты. Это казалось слишком далеко, чтобы люди могли туда попасть. Машины были у очень немногих; даже велосипеды были мало у кого. Большинство людей передвигались по городу на автобусах, а конечная остановка городского автобуса находилась на окраине города. Свамиджи вскоре понял, что, образно говоря, все двери для осуществления его мечты закрыты. Различные правительственные ведомства, с которыми он разговаривал, почти смеялись над его предложением.

«По моей воле, — заявил он, — я сделаю эту мечту реальностью!» В юности он обнаружил, что можно осуществить, казалось бы, невозможные вещи, приложив достаточно энергии и силы воли.

В 1959 году, находясь в Нью-Дели, Свамиджи был приглашен Рани Бхан и ее сыном Инду, юристом, погостить в их доме. Рани была женой доктора Т.Н. Бхана, известного врача. Ее брат был судьей Верховного суда Индии. Супруги Бхан много месяцев помогали Свамиджи в его кампании по привлечению интереса правительства к его проекту. Они стали близкими друзьями Свамиджи и с тех пор остаются его верными сторонниками.

Чем больше он изучал возможности получения земли в городе, тем безнадежнее казался его проект. Его первая мысль, рожденная отчаянием, была: «Раз мне везде отказывают в земле, почему бы не попытаться получить ее там, где мне действительно хочется?» Через друзей он узнал об участке земли напротив переулка Мандир, рядом с храмом Бирла. Он был в зеленой зоне, где полоса земли изгибалась довольно близко к центру города. Увидев это место, Свамиджи понял, что оно идеальное. Здесь было удивительно спокойно, учитывая расположение недалеко от центра большого города. Он решил сделать все возможное, чтобы приобрести его для нового ашрама. Как он узнал позже, две тысячи других обществ уже пытались получить землю в зеленой зоне. Всем им было отказано. Не теряя надежды, он еще тверже решил добиться успеха.

Настало время всерьез задуматься о начале своей кампании. Он понимал, что для получения одобрения индийского правительства ему придется учитывать их интересы, и, в частности, интересы тех, кто управляет городом и штатом Нью-Дели. Его собственные интересы для них, конечно, были второстепенными, если не сказать несущественными.

Он размышлял над этим вопросом. Нью-Дели был сердцем новой страны, стремящейся к международному признанию и уважению. Если бы только он смог найти способы подчеркнуть международные аспекты своего проекта, он, возможно, смог бы найти подход с точки зрения интересов правительства.

Он, конечно, глубоко обдумывал, как сделать такую ​​международную работу отражением желаний Йогананды. Последними словами его гуру на банкете в честь посла Индии был призыв к международной дружбе и сотрудничеству. Свамиджи вспоминал, как в «Автобиографии йога» его гуру также писал о создании «Университета йоги», где будут развеваться флаги всех наций, символизируя мировое единство.

Йогананда неоднократно повторял: «Мы не секта». Он назвал свои церкви «Церквями всех религий». Криянанда считал, что создание ашрама, который бы стремился, как это делал Йогананда, показать основополагающее единство всех религий, могло бы заинтересовать индийское правительство, стремящегося к всемирному признанию, и одновременно способствовать реализации видения его Гуру.

Для того чтобы заручиться поддержкой своего проекта, Криянанда посещал послов различных стран, добиваясь их одобрения. Он также связался с главными министрами различных ведомств индийского правительства — Морарджи Десаи, Джагдживаном Рамом и многими другими — чтобы ознакомить их с проектом в надежде получить их поддержку.

Вооружившись с письмами поддержки, полученными от всех сторон, Криянанда затем написал Бхагвану Сахая, главному комиссару штата Дели. Он отметил, что, хотя зелёная зона была обозначена как «зелёная» для обеспечения города свежим воздухом, быть его «лёгкими», большая часть земли на самом деле вовсе не «зелёная», а представляет собой фактически пустошь из песка и камней, монотонность которой нарушают лишь разбросанные низкорослые кустарники. «Очевидное решение, — писал он, — позволить отдельным учреждениям взять на себя задачу развития и благоустройства определённых утвержденных участков этой территории». Он также упомянул иностранных послов и местных министров, выразивших поддержку его проекту.

Новый монах в SRF. Вставка: Криянанда за Мастером на банкете в честь Рождества

В роли рассказчика на конференции SRF в 1952

Вручает Йогананде подарок за несколько дней до его махасамадхи

Криянанда в 1959

Медитация у водопада Хундру, Индия, 1959 год.

У храма Джаганат, 1959

Мастер на вечеринке в саду в Беверли-Хиллз, когда он говорил об общинах

Патиала, Индия 1959

Кумбха Мела, Индия, 1960

Вице-Президент SRF, 1960

Священник SRF в церкви в Голливуде, 1960

Получение малы от Анандамайи Ма в 1961 году; и с Анандамайи Ма и Дайя Матой

Кашмир, 1961

Через несколько дней Бхагван Сахая позвонил в дом Бханов, чтобы договориться с ним о встрече. Он сказал, что ему понравилось предложение Свамиджи, но он хотел получить заверение, что это не просто очередной ашрам, созданный по сектантскому принципу ради своих последователей. Криянанда, быстро сообразив, ответил, что все религиозные группы будут желанными гостями и им будет разрешено время от времени проводить собрания на территории ашрама.

Г-н Сахая еще раз обдумал этот вопрос, а затем наконец сказал: «Очень хорошо. Я могу убедить других членов комиссии принять вашу идею. Остается только одно препятствие. Поскольку решение о создании зеленой зоны было принято на самом высоком уровне правительства, сам премьер-министр Пандит Джавахарлал Неру должен будет дать свое разрешение, прежде чем мы сможем двигаться дальше».

«Хорошо», — сказал Криянанда. «Тогда вы поговорите с ним?»

«О нет!» — последовал ответ. «Вам самому придется поговорить с ним». Бхагаван Сахая не собирался рисковать собой ради чужого проекта. Однако его просьба была равносильна заявлению: «Сначала слетай на Луну. Потом поговорим». Как Свамиджи, своими силами, мог попасть на прием к Пандиту Неру? ​​В очередной раз этот проект, казалось, столкнулся с непреодолимым препятствием.

И тут, неожиданно, появилось решение. Доктор и госпожа Бхан были кашмирскими брахманами. К ним принадлежала и семья Неру. Кашмирцы в Дели были сплоченной общиной, и Рани Бхан знала пожилую кузину Пандита Неру. Свамиджи, Рани и Инду навестили её. Она, в свою очередь, организовала встречу с дочерью Неру, Индирой Ганди.

Встретившись с ней в первый раз, Свамиджи заметил, что госпожа Ганди была замкнута и отстранена. «Пожалуйста, изложите свою цель как можно скорее», — сказала она. «Я занята сборами в поездку в Париж. Мне предстоит выступить там на конференции».

«Вы говорите по-французски?» — спросил Свамиджи. Она несколько резко ответила: «Да, говорю». С этого момента Свамиджи продолжил разговор на французском. «Где вы выучили французский?» — спросил он.

«Вы не знаете это место», — пренебрежительно ответила она.

«Попробуйте всё же сказать», — сказал он.

«Я выучила его в школе под названием Beau Soleil, в деревне Виллар, Французская Швейцария».

«Beau Soleil!» — воскликнул Криянанда в изумлении. «А я ходил в школу в соседней деревне, в Л’Авенир в Шезьере. Мы каждый день проходили мимо вашей школы. Именно там и я выучил французский».

Отстраненность госпожи Ганди испарилась. Они начали дружелюбно беседовать на французском языке. Через некоторое время она сказала, что с удовольствием порекомендует отцу уделить Свамиджи время для беседы.

В это время произошло еще одно удачное и благоприятное событие, которое помогло продвинуть проект в Дели. Годом ранее Свамиджи посчастливилось встретиться с Джайпракашем Нараяном, ранее вторым человеком в индийском правительстве. Дж. П. Нараян и Криянанда ехали в одном вагоне поезда из Калькуттой в Бенарес и обсуждали с ним различные вопросы, включая кооперативные общины. Узнав, что «Дж. П.» находится в Нью-Дели с визитом, Свамиджи договорился встретиться с ним и поделиться своими идеями относительно ашрама.

«Я поговорю с Пандитом от вашего имени», — сказал ему Дж. П., выслушав предложение. «Если вы произведете на него такое же впечатление, как и на меня, я думаю, у вас не возникнет никаких трудностей».

Вот так эта «невозможная» встреча с премьер-министром Неру получила возможность случиться. Следующим шагом стала подготовка к предстоящей встрече. Для того чтобы воплотить свое видение в жизнь, Свамиджи нарисовал на холсте размером двадцать на тридцать дюймов свое видение объекта после завершения строительства.

Он также создал рекламную брошюру, более подробно описывающую проект: «Проектируется Храм Золотого Лотоса, Храм всех религий, — писал он, — в самом сердце Нью-Дели, современной столицы Индии. Храм будет служить символом потребности человека в божественной любви для установления прочного мира на земле.

В наше время необходимо продемонстрировать принципиальное единство всех религий, исходя из очевидной предпосылки, что все они посвящены поклонению одному и тому же Единому Богу, или, по крайней мере, вечным принципам Истины. Необходимо вдохновлять людей не только политическими идеалами, но и универсальным духовным видением».

«Индия издавна была родиной универсального подхода к религии. Терпимая ко всем, никогда не стремясь к завоеванию других народов, и вдохновляясь духовными идеалами до сих пор, Индия, несомненно, является наиболее подходящей страной в мире для такого памятника, какой планируется установить в ее столице».

В брошюре Свамиджи подробно описал различные аспекты планируемого ашрама: прекрасные сады, тихие бассейны, пещеры для медитации, большой храм с новаторским купольным дизайном внутри и частично раскрытой формой лотоса снаружи, естественный амфитеатр для культурных и музыкальных программ, который мог бы использоваться любыми религиозными обществами, и простые помещения для уединения для гостей, желающих побыть вдали от посторонних глаз.

Это, поистине, было видение ашрама будущего!

В день их встречи Неру был в задумчивом настроении. Он только что получил известие о смерти близкого друга. Он молча слушал, как Свамиджи объяснял свои идеи относительно проекта. Он посмотрел на чертеж и задал несколько важных вопросов. В конце их беседы, которая длилась сорок минут, премьер-министр сказал: «Ваша идея мне нравится. Я обязательно осмотрю территорию. Если она меня устроит, вы получите мое согласие».

Несколько дней спустя Пандит Неру действительно осмотрел землю. Через несколько дней после этого он официально благословил проект. Чудо было совершено: в Индии теперь можно было создавать новое, пророческое произведение во имя Йогананды!

14 мая 1961 года Свамиджи с восторгом написал Дайе и Совету директоров SRF, сообщив об успехе своего проекта в Дели. Он был уверен, что в Маунт-Вашингтон будет праздник. Наконец-то работа Мастера в Индии расцветет! В своем письме он упомянул, что собирается поехать в Дарджилинг, чтобы отдохнуть. «Делийская кампания» принесла ему много радости, но сильно измотала. В Дарджилинге он медитировал, отдыхал и с радостью ждал ответа из Америки.