йе хи самспаршаджа бхога духкхайонайа эва те
адйантавантах каунтейа на тешу рамате будхах
Истина этого стиха на протяжении веков эхом отзывалась во многих измученных сердцах. «Господи, протяни руку помощи мне — слепцу, чью мудрость похитили грабители-чувства, бросившие меня в заброшенный глубокий колодец иллюзии»
Удовольствия, получаемые при посредстве чувств, ничтожны и мимолётны. Потакание чувствам чревато несчастьями. Переедание или слишком продолжительное прослушивание музыки приносит вместо радости ощущение дискомфорта. Поэтому мудрецы говорят о всех связанных с чувствами наслаждениях как об источнике страданий.
Даже само желание получать удовольствия и потакание им сопряжено с определённой формой страдания (если не в виде телесных и душевных мук, то от мысли о неизбежном конце наслаждения). Например, человек, стремящийся правдами и неправдами сколотить состояние, обрекает себя на бесконечное беспокойство. Если ему удастся преуспеть в делах и получить крохи материального счастья, его начинают мучить предчувствия: «Кто-то хочет завладеть моим богатством». Старый и больной, он видит, что за деньги не купишь ни здоровья, ни молодости. Затем смерть наносит ему последний удар: «Ты не сможешь забрать нажитое на тот свет!»
Зная, что преходящие материалистичные удовольствия всегда заканчиваются сожалением, мудрецы не ищут счастья в нечистом источнике чувств.
Когда перед умом появляются соблазнительные картины, он перестаёт ценить безмятежную радость. Получая эфемерные удовольствия от беспорядочной жизни и постоянного поиска развлечений, человек теряет способность сосредоточения и не может найти счастье в медитации. Подобно шалуну-непоседе, взрослые, привыкшие к хаотичному образу жизни, не испытывают интереса к глубокому созерцанию. Если ум, словно обжора, гоняется за грубыми удовольствиями, у него не появится вкус к изысканной духовной пище.
Йоги знают, что божественная радость превосходит земные наслаждения. Простой человек соблазняется низменными удовольствиями потому, что ему неведом вкус высшей духовной радости. Выйти из-под власти чувств можно, только имея возможность сравнивать материалистичные наслаждения с блаженством медитации.
Мудр тот, кто говорит: «О Высшее Блаженство, взвесив Тебя и мирские искушения на весах личного опыта, я узнал, что Ты неизмеримо притягательнее всех соблазнов!»
Удовлетворённый материалистичными наслаждениями человек игнорирует уникальность своего положения в мироздании. «Хотя тело человека и бренно, оно может служить высшей цели жизни, — подчеркивает Шримад Бхагавата. — Эго получает человеческое тело только в конце длинной цепи воплощений в низших формах жизни. Прежде чем физическое тело станет добычей смерти, мудрец должен попытаться получить с его помощью высшее благо. Гоняться за объектами чувств могут и животные, и даже ещё менее развитые существа; человек не должен растрачивать свою жизнь на это».
Многие люди не решаются лишить себя части мирских удовольствий ради неизвестной им духовной радости. Их доводы представляют собой пародию на логичные рассуждения. Потакание чувствам формирует дурные привычки и уничтожает тягу к высшим наслаждениям. Большинство людей идут (прямиком к несчастьям) на поводу у своих чувств потому, что не могут представить себе природу божественного блаженства. Они полностью ослеплены дурными привычками и не видят ничего лучшего. Если бы подростки, прежде чем вступить в мирскую жизнь, познали бы блаженство медитации, вряд ли они пали бы жертвами повсеместно насаждаемых соблазнов иллюзии.